Узнайте о нашем производстве

НАСТОЯЩИЕ ЛЮДИ. Кочергина Е.М. Савельев Д.С.

Скачать бесплатно в формате fb2epub

Дмитрий Сергеевич Савельев
Елена Михайловна Кочергина

НАСТОЯЩИЕ ЛЮДИ



1

Дорогие друзья! Вы любите поросят? Я расскажу вам сказку про поросёнка, который хотел стать человеком. Умоляю вас, слушайте внимательно! Может быть, вам встретится когда-нибудь такой поросёнок, и вы поможете ему. А может быть, вы встретите человека, который раньше был поросёнком. Кто знает? Это — удивительный и загадочный мир. Я имею в виду тот мир, в котором мы живём — вы и я. Скажу вам по секрету, в нём живут далеко не все люди. Есть такие, которые живут в мире автомобилей и компьютеров, президентов и премьер-министров, купюр и банкнот, и Бог знает чего ещё. Возможно, и некоторые ваши сверстники живут там же. Ну и Бог с ними! Но если вы, мои дорогие друзья, держите в руках книжку со сказками, значит, слава Богу, для вас ещё не всё потеряно!
И ещё скажу. Когда вы будете читать эту книжку, возможно, все будут говорить, что я умер. Ни за что не верьте! Они такое напридумывают, те, которые живут в мире денег, техники и политики! Ведь у Бога все живы! А если вы захотите со мной пообщаться (я имею в виду настоящее общение!), я объясню, как настроиться на мою волну, и вы сможете со мной связаться. Только сначала вам придётся сделать свой передатчик. Это — долгая и тяжёлая работа. Но ведь терпения вам не занимать, раз вы дочитали до этого места!
А теперь давайте кончим говорить обо мне, потому что это совсем не скромно, и поговорим о поросятах. Вернее, об одном чудесном, розовом поросёнке по имени Боря.
Дорогие дети, вы никогда не задумывались, почему поросячьих мальчиков часто называют Борькой? Когда мальчик подрастает и становится подростком, его, как и нашего поросёнка, начинают звать Борей. А когда поросёнок взрослеет и делается взрослым, его начинают звать уважительно — Боровом. Так что Боря — уменьшительное не от имени «Борис», а от имени «Боров», запомните это раз и навсегда!
Пока наш поросёнок был Борькой, он весело хрюкал и резвился, играл с другими поросятами, подрывал рыльцем вкусные корешки, кушал отруби, ботвинью и жёлуди, в общем, жил припеваючи. Но как только он подрос, всё вокруг стало его раздражать. «Какой неприятный, тоскливый мир! — думал Боря. — Вот угораздило меня сюда попасть!» «Какой странный, абсурдный мир! — думал Боря. — Мы все живём для того, чтобы умереть!» «Какой убогий, неполноценный мир! — думал он. — Ведь в нём явно чего-то не хватает!»
Вы, конечно, догадались (ведь я с самого начала вам сказал), что в один прекрасный день Боря провалился в тот, другой мир, где нет места сказке, чуду и даже Богу. Только он сам не заметил, как это произошло. В этот ужасный мир проваливаешься постепенно и незаметно. И самое страшное, что, когда попадёшь туда, ты напрочь забываешь об истинном мире, из которого пришёл. Вспомнить свой мир необычайно трудно, иногда на это уходит вся жизнь. Вот поэтому я и напоминаю вам о нём, вдруг вы уже начали проваливаться в Мир Скорбей? Да, и ещё. Внешне всё остаётся таким же, как было. Те же люди, те же дома, те же деревья. Но в то же время всё становится каким-то другим — слишком плоским, слишком скучным, слишком понятным. А дальше всё, как в плохом фильме. Иногда, правда, увидишь отблеск своего родного мира, что-то почувствуешь… Но ведь сколько дел надо переделать, тут не до фантазий! График, расписание, план… И только один пункт, самый важный, никогда не выполняется… Дорогие дети! Я говорю вам всё это не с чужих слов. Открою вам тайну, я и сам проваливался! Но я вернулся, и это — самое прекрасное, что только могло со мною случиться!
Вот, вы теперь знаете про другой мир. А Боря не знал! И он остался один-одинёшенек в чужом мире, потому что там никому нет дела до других. У него были папа и мама, пара-тройка друзей и много-много нужных и ненужных, полезных и бесполезных вещей. У него был дом, и ещё один, загородный дом, и ещё один, маленький домик на колёсах (автомобиль называется). Вернее, это всё было у папы с мамой, но он считал всё это своим. Он так и говорил: «мой автомобиль», «моя дача», «моя квартира». Мало-помалу Боря начал понимать, что он — поросёнок. «Вот, например, папа, — думал он. — Папа — интеллигентный, воспитанный, и у него есть любимая работа. Вот, например, мама. Она добрая, домашняя такая, и очень вкусно готовит. А я кто? Я — наглый, невоспитанный, злой и ничего не умею делать. А мне скоро — пятнадцать лет! Я — просто свинтус!» И он был абсолютно прав.
И вот однажды наш поросёнок целый день шатался по городу вместе с такими же поросятами, как он. Когда он пришёл домой, ему было так плохо, что абсолютно не хотелось больше жить. Вы спросите, отчего? В том-то и дело, что никаких видимых причин не было! Но мы-то с вами знаем, отчего! Боря заперся у себя в комнате и стал напряжённо думать (иногда это бывает полезно). И — о чудо! — у него случилось озарение. Теперь он знал, почему ему становилось с каждым днём всё хуже и хуже. Потому что у него есть задача в этой жизни — он должен стать человеком. А он сидит и пальцем о палец не ударяет! Так и помереть недолго!
Боря стал думать, как выглядит настоящий человек, что он делает, где живёт, что ест. И тут он понял, что все, кого он знал, включая папу и маму, были не совсем люди. Что-то в них было от свиней. «Вот, например, папа. У него есть автомобиль, неплохая должность, положение в обществе. Это, конечно, хорошо подходит для человека. Но он каждое воскресенье играет в преферанс с друзьями, курит и ругает своё начальство. Это в нём — от свиньи. Вот, например, мама. Она стирает, готовит, убирает. Это — человеческое. Но она пьёт крепкий кофе, целый день смотрит телевизор и часто сплетничает. Это всё — свинячье». А папу и маму он любит! Что уж говорить о тех, кого он не очень любит. Свиньи и есть!
Но что нужно сделать, чтобы стать полноценным, стопроцентным человеком без примеси свинячести? Сделаться бизнесменом, содержать несколько детдомов и воспитать семерых детей? Стать политиком и организовать новое гуманистическое общество? Стать учёным и своими изобретениями облегчить жизнь миллионам людей? Или великим писателем, чтобы наставлять своей нравственностью весь мир?
И если он сможет стать одним из вышеперечисленных персонажей, не вкрадётся ли как-то незаметно в его жизнь небольшая доля свинизма?
Тогда Боря решил, что сначала надо определить, каков из себя настоящий стопроцентный человек. С этими мыслями он и заснул.
А на следующее утро он пошёл на могилку к бабушке и дедушке один. Это, конечно, был поступок, относящийся к области человеческой. Но с собой Боря прихватил пластиковый стаканчик и маленькую бутылку коньяку. Тут сказалась его поросячья натура.
Бабушка умерла на следующий день после мужа, и их похоронили в одной могиле, но в разных гробах. Внук нечасто заглядывал сюда.
Коньяк с непривычки ударил Боре в голову, и он увидел полупрозрачных бабушку и дедушку, поднимающихся из земли. Может, напиток был некачественный, а может, Боря ненадолго вернулся в настоящий мир, кто знает?
«Наверно, у меня не всё в порядке с психикой, — мелькнула у него мысль. — Коньяк не должен действовать так, это же — не ЛСД!»
Бабушка с дедушкой стояли и улыбались ему. А Боря закрывал и открывал глаза, бил себя по затылку и щипал, но видение не исчезало.
— Знаешь, кто мы? — наконец обратилась к нему бабушка, когда вдоволь насмотрелась на внука.
— Призраки? — грустно предположил Боря.
— Не угадал! — засмеялся дедушка. — Призраков не существует! Это еретики навыдумывали!
— Вы — мои бабушка и дедушка! — догадался Боря.
— Ну наконец-то сообразил! — похвалила бабушка. — А знаешь, почему ты нас видишь?
— Потому что вы — призраки?
— Они не сказали ему! — сердито сказал дедушка, поворачиваясь к бабушке.
— А что ты ещё ожидал от своего сына? Он же ведь интеллигент! — сказала бабушка, уперев руки в боки.
— Фёдор Михайлович Достоевский тоже был интеллигентом! — возопил дедушка.
— Причём тут Достоевский? — растерялся Боря, и бабушка с дедушкой вспомнили о его присутствии.
— Внучёк! Чтобы больше я от тебя слово «призраки» не слышала! Мы — поживее тебя и твоих папы с мамой!.. Так почему, как ты думаешь, ты нас видишь?
— Ну, потому что вы не умерли? — предположил Боря.
— Я всегда говорил, что он — сообразительный! — обрадовался дедушка. — А почему мы не умерли?
— Потому что ваши души переселились в другие тела?
— Я всегда говорила, что он — идиот! — расстроилась бабушка. — Вторая попытка!
— Вы перенеслись в другой мир?
— Ура! — закричал дедушка.
— Подожди радоваться, старый пень! Пусть сначала скажет, почему.
— Да. Почему? — поддержал дедушка.
— Вы были колдунами?
— Засчитывать или не засчитывать ответ? — спросил дедушка.
— Ладно уж. Будем считать, что догадался. Он же ничего не знает! Колдунами своего рода, — подтвердила бабушка.
— Слушай, внучёк! — сказал дедушка. — Ты уже и так утомился. Мы дадим тебе задание и уйдём в свой мир. Когда получишь ответы на все вопросы, снова придёшь сюда один, и мы опять явимся. О’кей?
— Ты что, изучал английский? — удивился Боря.
— Я теперь на всех языках могу! — подмигнул ему дедушка.
— Ладно, хватит болтать! — строго сказала бабушка. — Ты хотел знать, каков настоящий человек?
— Да, но откуда…
— Нам оттуда всё видно! — усмехнулся дедушка.
— Видишь храм? — продолжала бабушка. — Купишь в нём жизнеописания Сергия Радонежского и Серафима Саровского. Ответишь на вопрос: что послужило причиной того, что они стали теми, кем стали. Произведёшь сравнительную характеристику святых с какими-нибудь всемирно известными: бизнесменом-благотворителем; выдающимся политиком-гуманистом; учёным (например, академиком Сахаровым) и писателем (Львом Николаевичем Толстым).
— Он справится! Он — сообразительный! — сказал дедушка.
— Посмотрим. Мне кажется, он — безмозглый в отца! — сказала бабушка.
Боря думал, что они уйдут под землю или растворятся в воздухе. Но предки унеслись в небо, как заправские маги. Боря стал сомневаться: может быть, они и вначале спустились сверху, а ему просто показалось, что они поднялись из земли? Его восприятие как будто изменилось за последние десять минут.
Он пошёл в церковь и купил жизнеописания. Свечница подозрительно посмотрела на молодого человека — от него всё ещё несло коньяком.
Рядом с кладбищем находился пруд. Была зима и водоём был затянут льдом. В пруду была крестообразная прорубь, выдолбленная на праздник Крещения. Всю ночь с 18-го на 19-ое января оттуда были слышны пьяные вопли окунающихся мужиков. Прорубь затянулась тонким ледком, под который не далее двух минут назад провалился мужичок лет пятидесяти. Он барахтался, умолял о помощи, пытался выбраться, но руки соскальзывали, и намокшая шуба тянула его назад под воду. Вокруг проруби в исступлении скакал его товарищ. Больше поблизости никого не было.
Когда Боря подбежал к проруби, товарищ утопающего кричал:
— Это — кара Божья! Конец тебе, Серафим, конец! Достойная кончина жития! По делам своим принимаешь, злодейская морда! Ну, как тебе крещение смертью? Страшно? Им тоже было страшно!
Боря понимал, что ему не вытащить тонущего своими силами. Но, по счастью, он увидел невдалеке доску.
— Скидывайте шубу! — закричал он, протягивая конец доски утопающему.
— Что ты делаешь, щенок! — завопил второй мужик. — Он же мёдер!
— Какой мёдер, человек тонет! Помогите! — крикнул Боря.
— Такой мёдер! Убийца он! Трёх человек зарезал — две женщины и ребёнка! Я знаю, я сам помогал! И ещё зарежет, будь уверен! Я его знаю! Спасёшь его, и на твоей совести будет гибель нескольких беззащитных существ!
— Как? — удивился Боря. Он почувствовал, что мужчина говорит правду. Рука его дрогнула, и Серафим стал сползать с доски в воду.
— А вот так! — торжествовал товарищ убийцы. — Раньше воровал, а теперь грабежом промышляет! Что чувствуешь, Серафим? Через пять минут будешь в аду!
Боря изо всей силы схватился за доску и вытянул утопающего на лёд.
— Всё равно сдохнет! Как минимум, воспаление лёгких схватил! — взвизгнул психопат, в спешном порядке покидая место происшествия.
Серафим лежал на животе и отплёвывал воду. Шуба его потонула. Тут он увидел «Житие преподобного Серафима, Саровского чудотворца», выпавшее из Бориного кармана.
— Это же мой святой! — прохрипел спасённый. — В честь него меня назвали!
— Возьмите себе! — сказал Боря. Стали подходить какие-то люди.
— Спасибо, мальчик! Где ты живёшь?
Боря не ответил и со всех ног кинулся домой. С него было довольно.

2

Боря решил добросовестно исполнить задание своих умерших предков: изучил жития Серафима и Сергия, биографии Льва Толстого и Андрея Сахарова. В качестве бизнесмена-филантропа он взял одного из Рокфеллеров, а на роль политика-гуманиста не смог выдумать никого лучше Владимира Ильича Ленина.
Интересная картина получалась. Великий учитель нравственности, «ум, честь и совесть» своей эпохи оказался зеркалом кровавой русской революции и злостным хулителем обычаев своего родного народа. Лауреат Нобелевской премии мира, член Совета директоров международного Фонда за выживание и развитие человечества был изобретателем водородной бомбы. Видно, он спасал человечество от своих собственных изобретений. Американский миллиардер-благотворитель на поверку оказался злобным истеричным старикашкой с непомерно раздутым тщеславием. «Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог». Про мумифицированного «вождя мировой революции» Боря и так уже знал достаточно. Вся его гуманность и желание блага своему и другим народам обернулась кровавым террором, репрессиями, тоталитаризмом. Боря помнил, какие у вождя были злые глаза на купюрах советской поры.
Сергий Радонежский как политик и гуманист значительно выигрывал на фоне Рокфеллеров и Ульяновых. А Серафим Саровский как благотворитель (многочисленные исцеления) и учитель нравственности намного превосходил и Толстых, и Сахаровых. Оставалось ответить на вопрос: что явилось причиной их превосходства?

*  *  *

— Ну, хорошо, они были верующие! — сказал Боря.
— Отлично, молодец! — просиял дедушка.
— Погоди, старый! Кто сейчас не верующий? — сказала бабушка. — Любого спроси на улице, скажет: верующий! Точнее!
— Они были христианами?
— Тепло, теплее. Но ещё не самая суть.
— Православными христианами?
— Само собой, православными. Но не просто. Как ты думаешь, все ли православные христиане одинаковы? Ты же был в храме. Не замечал ли ты такие тоскливые глаза, ну, как у бассета? Разве Серафим Саровский был такой? А видел глупое выражение глаз у некоторых прихожан? Думаешь, у Сергия Радонежского было такое выражение? — Бабушка явно на что-то намекала.
— Мне понравились молодые люди, — сказал Боря. — У них выражение глаз и радостное, и умное.
— В яблочко! — завопил дедушка. — Большинство молодых прихожан сейчас — студенты МГУ и других лучших ВУЗов. Они знают и церковную историю (особенно историю расколов — в ней всё современное богословие), и другие религии, как свои пять пальцев. Мы называем их…
— Молчать! — прикрикнула на него бабушка. — Зачем же все тайны сразу вываливать? Никакой эзотерики! Молодые люди любят, когда их посвящают постепенно, шаг за шагом. Внучёк! Вот тебе новое задание, намного сложнее предыдущего. Поговори с отцом! Глаза у нашего сына не тоскливые и не глупые, он очень много прочитал. Узнай, почему он не бывает в храме и какую книгу он не смог дочитать.
— Да, в этой книге, в одной из последних глав, есть эпизод, точь-в-точь совпадающий с одним эпизодом из жизни твоего отца! — подсказал дедушка. — Персонажа, с которым произошёл эпизод, зовут Иу… — Бабушка дёрнула деда за руку.
— Он так никогда не научится думать! До свидания, внучёк! Ещё увидимся!
И они унеслись, как и в прошлый раз. Боря смотрел во все глаза, но мётел у них в руках не обнаружил.

*  *  *

Боря был не таким тупым, каким его считала бабушка (или делала вид, что считала). Он сообразил, о какой книге идёт речь, и отправился в храм за этой книгой. Там шла служба, и, купив Евангелие, Боря решил постоять немного где-нибудь в задних рядах.
Рядом с ним стоял молодой человек лет двадцати, который без конца нервно грыз ногти, а один раз впился себе зубами в предплечье. На его интеллигентном лице отражалась тяжкая дума.
Когда Боря вышел из храма, молодой человек тоже вышел и пошёл за ним. Боря обернулся. Молодой человек попытался заговорить, но, как рыба, только открывал беззвучно рот. Наконец он выдавил:
— От всей души извините меня…
— Ничего, ничего, — сказал Боря и попытался улыбнуться.
— Я вижу, вы — человек нецерковный. Поэтому хотел спросить у вас совета. Вы меня не знаете, а то от друзей ждать помощи не приходится. И вы молоды, а значит чисты.
— Вряд ли я чем-то смогу помочь…
— Сможете! Вы же знаете, что такое любовь!
— Я???!!!
— Да нет! Я просто решил уже: как вы скажете, так и будет. Я учусь на последнем курсе духовной семинарии. Через две недели меня рукополагают: сделают дьяконом, а потом священником. Если я не найду жену, стану безбрачным священником — целибатником, мне так и сказали. Вы, наверно, не знаете: если священник или дьякон не женится до рукоположения, он уже никогда не имеет права жениться. Мне нашли хорошую невесту — дочку священника, разумеется. Симпатичную. Но она — не мой человек, понимаете? Другую мне уже не успеть найти. Послезавтра — венчание. Я могу ещё его отменить, но тогда всю жизнь буду один. А я детей хочу! И хочу жить с любимым человеком! Они говорят, что любовь придёт со временем, но я знаю, что не придёт. Не мой человек! Это, как рулетка: чёрное или красное. Скажите одно слово: жениться мне или не жениться. Честное слово, я так и сделаю!
«Вот ужас! — подумал Боря. — Хочет всю ответственность свалить на меня!»
— А если я ничего не скажу?
— Пожалуйста, ну что вам стоит? Просто, что первое в голову придёт!
— Кинули бы монетку!
— Хотел, но не смог…
— А зачем вы тогда мне всё рассказали? Можно было просто спросить: «жениться или не жениться»!
— А вы скажите и забудьте про меня!
— Забудешь тут! Кто вас рукополагает?
— Епископ, викарий митрополита…
— Ну и пошлите его ко всем чертям! Вот мой совет! Разве можно так над человеком издеваться?! Когда по-настоящему влюбитесь, тогда жени́тесь и принимайте сан. Хоть через десять лет!
— Но он же — священноначалие!
— Тем более должны вести себя по-человечески!
— Мне не приходило в голову отказаться от сана…
— Всего доброго! — сказал Боря и решительно зашагал домой.

3

Третью ночь подряд Боря изучал Евангелие, пытаясь вычислить, что там произошло с его отцом в молодости. Задание поговорить с родителем оказалось и правда невероятно сложным. Боря просто не мог собраться с духом, боялся, что отец его высмеет, как последнего простофилю.
По всей вероятности, дедушка имел в виду Иуду Искариотского, а не другого апостола Иуду, о котором упоминалось только в конце Евангелия от Иоанна. Но неужели его отец предал Христа? Как он мог это сделать? Или дедушка подразумевал что-то более конкретное?
Наконец Боря тяпнул крепкого кофе для храбрости и подошёл к отцу, который читал книгу, кося одним глазом на телевизор.
— Па! Что там было у тебя с бабушкой, дедушкой и Церковью?
Папа расхохотался напоказ, но глаза у него сделались испуганные.
— А ты откуда узнал? Да ничего не было! Крестили меня!
— Когда, во младенчестве? — удивился Боря.
— Да не во младенчестве! Когда мне было четырнадцать с половиной лет, как тебе сейчас!
— И что, тебя исключили из комсомола?
— Причём здесь комсомол? Я вроде как сам хотел креститься. Они убедили меня. А когда окунали в воду, мне стало физически неприятно, чуть сознание не потерял. Дотерпел до конца, но дал себе слово: больше я в церковь ни ногой.
— А Евангелие ты прочитал?
— Как всякий образованный человек. А может, и не дочитал, не помню. В руках держал, это точно. Примитивизм! Хочешь знать, о чём там, посмотри лучше фильм Мартина Скорсезе «Последнее искушение Христа».
Отец уткнулся в книжку и махнул рукой, давая понять, что занят и не хочет больше говорить.

*  *  *

— «Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам. И, обмакнув кусок, подал Иуде Симонову Искариоту», — читал Боря. — «И после сего куска вошёл в него сатана…» Что, для отца теперь всё потеряно?
— Дурак ты, Борька! — сказала бабушка. — Судьба твоих родителей теперь зависит от тебя.
— Значит, мне надо скорее креститься?
— Да он же ничего не понял! — покачал головой дедушка.
— Я думаю, понял, — заступилась бабушка. — Просто под дурачка косит. В Таинстве Крещения Христос протягивает тебе руку помощи. А что, если ты ещё не готов её принять? Не отпихнёшь ли ты эту руку и не сорвёшься ли назад в пропасть? Не возненавидишь ли ты эту руку?
— Так что же я должен делать?
— Читай, образовывайся, молись. Тогда рано или поздно настанет день, когда не тебя крестят (страдательный залог), а ты сам крестишься. В давние времена люди ходили в оглашенных по нескольку лет, прежде чем дозревали до Крещения. Мы не хотим повторить с тобой ту ошибку, которую совершили с сыном.
— Настало время открыть тебе последнюю тайну и дать последнее, самое сложное задание! — торжественно провозгласил дедушка. — Мы с бабушкой — не просто православные христиане. Мы — воины Христовы! Так зовутся те, у кого однажды в душе произошёл перелом, и он решил всю свою жизнь без остатка, какая бы она ни была, посвятить Христу. Сражаться за Христа до последнего издыхания! Такими были Серафим Саровский, Сергий Радонежский и Фёдор Михайлович Достоевский! И не только были, но и есть. Только недавно виделись…
— Не болтай лишнего! — прикрикнула на него бабушка. — Да, внучёк! В храме ты сможешь отличить воинов по глазам. Они не просто молятся о повседневных нуждах, как некоторые старушки. Они знают Божественную Литургию от корки до корки, чувствуют её. Литургия очень глубока и символична. Они знают христианское учение — Предание Церкви — и не пытаются совместить веру Церкви с идиотскими идеями о карме и переселении душ. Они знают и часто перечитывают Новый Завет и стараются жить по заповедям Христовым. Они регулярно очищают душу в Таинстве Покаяния и принимают Благодать в таинстве Причащения. На воинах Христовых Церковь и держится! Воины Христовы и есть настоящие, полноценные, стопроцентные люди. Остальные все — немножко свиньи. Только свинья может жить, есть, пить, веселиться и не благодарить того, кто дал ей жизнь и подаёт все блага! И вот тебе последнее задание: стань воином Христовым, захоти им стать!
— Но я уже хочу! — вскричал Боря.
— Пока что ты всего лишь хочешь перестать быть поросёнком! Для того, чтобы попытаться превратиться в воина, ты должен как следует узнать, кто такие воины, и что значит быть воином…
— Ну, давай прощаться, внучёк! — сказал дедушка. Он положил руку внуку на плечо, и она оказалась неожиданно тяжёлой и плотной. «Как у живого!» — мелькнула у Бори мысль.
— Мы и есть живые! У Бога все живы! — возмутилась бабушка. — Думаешь, что мы мысли твои не слышим?
— Не смущай пацана! — заступился дедушка. — До скорого! Афидерзейн!
— Счастли́во, внучёк! Когда в следующий раз свидимся, это зависит от тебя! — Бабушка расцеловала его, и они с дедом взмыли в небо.

*  *  *

Вечером Боря решил ещё раз всё проверить.
— Па! Давай сгоняем в выходные в Троице-Сергиеву лавру! Расскажешь мне про икону Андрея Рублёва, ты же всё знаешь! Сергий Радонежский — твой тёска…
Он был уверен, что отец откажется: слово всё-таки дал никогда в церковь не ходить!
— Похоже, они совсем там обхамели! — возмутился Сергей Васильевич. — Это — нечестно, не по правилам!
— Где это — «там»? — удивился Боря.
— В преддверии рая! Разве можно так бесцеремонно вмешиваться в нашу жизнь?
— Я думаю, они это право заслужили, — улыбнулся Боря. — Они же были воинами Христовыми, а не бассетами!
Отец отвёз их с мамой в Сергиев Посад, но сам три часа просидел в машине.

4

Как-то раз Боря поехал посмотреть один мужской монастырь на окраине города. Там он увидел одно знакомое лицо, работающее алтарником.
Боря дождался окончания Службы и подошёл.
— Чем вы здесь занимаетесь? — спросил он Серафима, который ужасно обрадовался своему спасителю.
— Кадило разжигаю, часы  читаю, со свечой позади батюшки иду. Трудником меня взяли!
Тут Боря не удержался и спросил:
— А правда, что вы убили трёх человек?
— Четырёх…
— И как вы можете с этим жить?
— А я и не живу. Господь измыл все мои грехи! Так что это уже не я.
— Что значит: «уже не я»?
— Видишь ли, искреннее покаяние может изменить прошлое. До этого всё в прошлом казалось неправильным и бессмысленным, мучила совесть, хотелось забыться. Теперь всё встало на свои места и обрело смысл. Даже в таком злодеянии, как убийство, действует всеспасительный Промысл Божий. Люди совершают злодеяния или становятся объектом злодейства не из-за кармы, а чтобы на них явилась слава Божия. Я буду до конца дней молиться за убиенных, они спасутся как мученики. Сам же я лишь через это мог познать Христа. Все в выигрыше! Один сатана проиграл!
— Может, и за меня помолитесь? — попросил Боря.
— Да я и так за тебя молюсь, вот только имени твоего не знал!
Потом они пили чай и расстались почти что родными.

*  *  *

Однажды Боря зашёл в храм, когда там шло венчание. Он сразу узнал своего знакомого семинариста. С их прошлой встречи минул ровно год. Семинариста именовали «раб Божий Владимир», а его невесту — «раба Божия Ольга».
После венчания Боря подошёл поздравить новобрачных.
— Вот этому человеку — огромное спасибо! — говорил Владимир, представляя его своей супруге, как «благодетеля».
— Значит, вы тогда не стали ни венчаться, ни рукополагаться?
— Именно так! — засмеялся Владимир, значительно повзрослевший за этот год. — И давайте на «ты»!
— И теперь ты нашёл свою любовь?
— Оля и есть моя тогдашняя невеста! — Володя снова засмеялся.
— А как же: «не мой человек»? — ляпнул Боря.
— Откуда же я мог знать, мой она или не мой? Мы тогда виделись-то всего пару раз! Она оказалась самым светлым и возвышенным существом, какое только может быть на свете! — И он обнял жену за талию.
— Значит, вы (то есть ты) теперь и священником станешь?
— Нет. Священнический крест — не для каждого. Я теперь в нашей семинарии преподаю. А викарий мой пошёл на повышение, архиепископом сделался и на Дальний Восток уехал. Я прошёл собеседование у нового епископа, он меня отговорил от принятия сана. Богослов, говорит, из меня великолепный получится и миссионер!
Борю пригласили на свадьбу, но он вежливо отказался, обменявшись с молодожёнами телефонами.

*  *  *

В этот день, придя домой, наш поросёнок посмотрел в зеркало и увидел, что уже начал превращаться в человека. Рыльце его чуть-чуть уменьшилось в размере, ушки сместились чуть пониже, а глаза стали больше и светлее. «Это — кокон, — думал Боря. — Скоро я вылуплюсь в настоящий мир!»
Но он и так часто стал бывать в истинном мире. Ведь восходишь на небеса так же незаметно, как проваливаешься на землю. Внешне-то всё остаётся таким, как было! Те же люди, те же дома, те же деревья. И в то же время всё становится каким-то другим — необычайно ярким, удивительным, таинственным, объёмным, наполненным до краёв. Чего бы ты не коснулся, ты прикасаешься к бесконечности. Однако вам, мои дорогие друзья, это и так хорошо известно!
Вот, наша сказка подходит к концу. Но для тех, кто захочет, как Боря, стать воинами Христовыми и настоящими людьми, всё только начинается.
Помнится, я обещал объяснить, как настроиться на мою волну? Это просто. Все воины Христовы общаются на одной и той же волне. А подробные инструкции, как стать воином, вы найдёте в святоотеческой литературе.
Желаю успеха! И да пребудет с вами сила Господа Иисуса Христа!